Category: праздники

Category was added automatically. Read all entries about "праздники".

Особенности национальной командировки

"Сюрприз для невесты", 07.03.1990

На свадьбе институтского одногруппника своей сестры, невеста которого была из города Кустаная, сэр Кичигин присмотрел подружку невесты в невесты себе. И началось: то он сгоняет на самолётике в Кустанай, то Оля приедет на несколько дней в Алма-Ату – роман возник!

7 марта 1990 года мы, как и обычно, отмечали очередной день рождения Андрюхи Ларина, как и обычно, запивали водку спиртом, и всем было весело. Часам к двенадцати ночи Ларина вместе с Макарьком ещё куда-то понесло, а мы с Кичигиным выбрались на свежий воздух и нетвёрдым шагом двинулись в обыкновенный вечерний моцион.

По ходу я спросил у Игорька – чего это он на длинный (три дня) праздник не полетел в Кустанай? Тот тяжело так вздохнул – забегался на работе, и поэтому запарился заблаговременно (недели, наверное, за две) взять себе билеты туда и обратно – дефицит же! Ну и остался...

Проходя мимо рекламного щита на углу Абая и Дзержинского, я увидел расписание аэропорта Алма-Аты. Наступало 8 марта 1990 г., четверг, и я стал смотреть, а какие вообще рейсы уходят в эту ночь. И вот он – 6050 в Ростов-на-Дону на «Ту-134»! Ну и сказал Кичигину: «А твой рейс на самом деле улетает в 00.45 московского, через 4 часа!»

Во мне вдруг проснулся азарт – всеми правдами и неправдами запихать своего друга именно на этот рейс, на который обычно билетов не бывало почти за месяц. От самого Кичигина толку в такой ситуации не было – человек, все мысли которого заняты исключительно любимой женщиной, ни о чём другом думать просто не может...

Мы пришли домой к Игорьку, время было где-то к полдвенадцатого ночи, а я по дороге приготовил пламенную адвокатскую речь для его матушки Ольги Петровны. На моё счастье мама Оля быстро поняла, о чём идёт речь, и даже сказала своему сыну со смехом: «Ты – хороший мужчина, но не орёл!» Тогда он достал из какой-то заначки сто советских рублей (цена трёх авиабилетов в Кустанай, откладывал ведь), и мы поехали пытаться улететь.

Шёл уже первый час ночи, но цветочный базарчик на углу Коммунистического и Калинина всегда работал круглосуточно. Мы взяли два шикарных букета цветов: для будущей жены и будущей тёщи. 92-е автобусы тогда тоже ходили всю ночь, и где-то ещё минут через сорок мы появились, наконец, в аэропорту. Касса в лёгкую давала билетики на следующий за 6050-м кустанайский рейс 4227, отлетавший в два часа дня 8 марта. Взяли пока этот билет, чтобы хоть какой-то уже у нас был – без этого «на подсаде» делать нечего!

У окошка диспетчера по транзиту толкалось ещё двое человек, желавших немедленно попасть на рейс 6050 – симпатичная мадам чуть старше меня, и мужик-армянин. Требовалось «обрубить хвосты», чем я и занялся. Барышне я в конце концов внушил, что зачем ей всю ночь толкаться по аэропорту, что дальше будет – неизвестно, а завтра в обед летит нормальный рейс – не «Ан-24» с двумя посадками, а цивильная «тушка». Она догуляет, выспится, сядет и спокойно улетит, торопиться некуда, не на похороны же! И кончилось дело тем, что мадам действительно вняла голосу разума и, взяв билетик на обеденный рейс, исчезла из здания аэропорта.

С армянином оказалось ещё проще – он хотел не в Кустанай, а в Ростов, и я ему моментально объяснил: «Братан, какой Ростов?!! Рейс с посадкой по дороге, и алма-атинский диспетчер по транзиту будет давать места только до Кустаная, чтобы у диспетчера по транзиту в Кустанае были бы потом места до Ростова!» Это я уже знал по экибастузским рейсам. Мужик начал потеть, подпрыгивать, материться, сунулся в это окошко, чтобы хоть что-нибудь узнать, но его там, по всей видимости, очень далеко послали, ибо и он вскоре пропал...

Ну и здорово! Следующие полтора часа желающие в Кустанай больше не появились. Когда началась регистрация, диспетчерша долго ждала, пока ей передадут сведения с городского аэровокзала, потом свои, потом прибежали три человека с похоронными телеграммами, и в конце концов оказалось, что свободных мест не будет! И расстроенный Кичигин уже собрался возвращаться домой, но что-то удержало меня у входа на досмотр! И тогда оно и случилось!!!

Последними заходили двое военных, им уже даже поставили штампики в билетах, когда я вдруг увидел, как к секции бежит, сломя голову, девка в аэрофлотской форме с истошным визгом на весь полупустынный ночной аэропорт: «Товарищ капитан! Товарищ капитан!!! Груз, который Вы сопровождаете, на этот рейс не поставили – перегрузка самолёта по весу!!!» Капитан тормознул своего напарника, лейтенанта, и они пошли разбираться к начальнику службы перевозок.

Сонная девчонка-посадчица уже собралась закрыть дверь, когда я схватил за капюшон Кичигина и всунул его в дверной проём: «Барышня, отправьте одного человека в Кустанай, у него билет на завтрашний 4227!» Она недоумённо пожала плечами: «Ну давайте...» Совершенно ошалевший Игорёк протянул ей паспорт и билет – штампик гулко стукнул о деревянную стойку – «Идите...»

На следующий день я безуспешно пытался дозвониться до кичигинского напарника Илюхи Макарычева, пока вдруг ближе к вечеру не поймал его, прогуливающегося с супругой, прямо под своими окнами по улице Мира:
              – Если Игорёк к утру 11-го не успеет прийти на работу, ты уж его там как-нибудь прикрой?
              – А что улетел, что ли?!!
              – Улетел! – вся улица вздрогнула от Илюхиного громового хохота...

Сэр Кичигин успел... А потом рассказывал мне, как приехал в седьмом часу утра к невесте, разбудил там всех, мама Нина побежала будить любимую дочку: «Вставай, Игорь прилетел!» Но та спросонок пробурчала: «Не верю...» И тогда на её подушку лёг букет цветов...